Александр Степанович Сараев: память остается навсегда

Минуло уже более полувека со дня Победы 1945 года. События уходят в прошлое, но память о них останется навсегда...

 

Мало осталось в живых очевидцев, и еще меньше - участников Великой Отечественной Войны. О том далеком времени заведующая отделом комплектования и обработки Нерюнгринской библиотеки Екатерина Кобылко спросила ветерана труда, труженика тыла  Александра Степановича Сараева.

 

- Александр Степанович, как и когда началась для Вас война?

 

- Как и для всех. Я тогда в городе был, в Чите. Радио мало где стояло, вокруг них и собирались. И тогда все слушали, когда передали, что началась война. Сначала и вовсе не чувствовали, что она идет – далеко были от фронта. Зато сразу пошло известное «кому война, а кому – мать родна».

 

- Сколько лет Вам тогда было?

 

- Еще и семнадцати не исполнилось. А мы-то с друзьями ту войну не видели, не знали, что это такое. Драка на улице – вот это война! Мальчишки есть мальчишки.

 

- Где Вы работали до и во время войны?

 

- Я помогал семье по хозяйству, совсем же еще маленький был. У моих родителей тогда дом был, раза в три больше этой квартиры. Богато жили.

 

- Кто из Ваших родственников воевал?

 

- У меня четыре старших брата, все воевали. Самого старшего в первый день войны убили. Один жив остался, но домой вернулся без ноги. Два других часто в госпиталях лежали, и контужены были.

 

- Вспомните, пожалуйста, об условиях жизни. Чем Вы питались?

 

- Я жил с матерью и отцом, так что поначалу действие войны совсем не ощущалось. Это уже позже, когда наши в наступление пошли, еды в тылу стало не хватать. Вот тогда и стали готовить из всего, что можно. Первым продуктом стал овес. Брали его от корма для лошадей, толкли, варили. Мать делала кисель, как сейчас помню, кислый. И лепешки. И подсолнечный жмых. Постоянно хотелось есть. Тогда еще многие в городе заболели дизентерией, не хватало ни еды, ни витаминов. Меня мать лечила голубицей, лекарств-то никаких не было. Роскошью была жареная пшеница. Это пшено тоже из корма лошадей отбирали и просеивали, готовили хлеб.

 

- Имелась ли возможность читать книги, учиться?

 

- Школа работала. Но далеко, мы туда пешком ходили, потом перестали, не до этого было. Я тогда читал много: все, что находил. И сейчас тоже наверстываю упущенное, читаю книги самые разные, которые сам выберу или посоветуют.

 

- Какое событие, с Вашей точки зрения, оказалось самым страшным?

 

- Мы-то жили в Чите. Это Забайкалье, там войны не было. Зато был голод. Больше всего мы боялись голода. Он – самое страшное воспоминание.

 

- А какое самое радостное?

 

- Самое радостное – что кончилась война. Братья тогда, что выжили, вернулись. Хоть и покалеченные…

 

- Чем Вам запомнился День Победы?

 

- Это великий праздник. Однако и после Победы военные действия не прекращались. Поэтому набирали добровольцев: пленных, например, охранять или освобождать территории. На фронт я не попал, не взяли. После голода худеньким вырос. Помнится, иду, а винтовка, которую мне вручили, следом по полу тащится. Из местных брали тех, что посильнее. А меня на стройку определили.

 

- Чем Вы занимались после войны?

 

- Прослужил в армии четыре с лишним года. Позже долго искал работу. Тогда с этим было сложно, много людей на одно рабочее место. Взяли в сельхоз. На сенокосе работал, убирал сено.

 

Жить как-то надо было. И я окончил курсы мастеров-буровиков. Долго не мог получить из-за этой работы жилье, потому что постоянно переезжал с места на место. Да и организация была бедная. Это уже позже снабдили транспортом, машины дали, буровые установки.

 

- Как давно Вы в Якутии?

 

- Уже пятнадцать лет. Сюда переехали, и нас поселили в бараки. Тогда еще они были, и палатки. Потом дали квартиру в деревянном доме. Но он сгорел дотла в пожаре. Мы только и успели на улицу выйти, все вещи внутри остались, сгорели…

 

Дали жилье в другой «деревяшке». Наши родственники все откликнулись, сильно помогли: собрали все необходимое, мебель, посуду прислали. Только дом-то совсем старый был, разваливался буквально. Мы к адвокату обратились, и нас переселили уже в новую квартиру, в каменный дом по Ленина. Живем вдвоем с дочерью. Еще сын жил, но он женился и переехал, в Уссурийске сейчас. У меня дочь и трое сыновей: один врач, двое – инженеры.

 

Всех детей на ноги поставили. У кого среднее образование, у кого – высшее. Внуков шестеро. Все правнуков ждем. Выжили ведь мы, выстояли! Люди крепкие, войну перенесли, нарожали детей, а значит, не зря это все было. Вот в чем наша Победа.

 

Пресс-служба Нерюнгринской городской администрации